От ранней диагностики заболевания зависит успех его лечения

О.В. ПичугинаОльга Владимировна Пичугина возглавляет поликлинику №1 ТОГБУЗ «ГКБ им. Арх. Луки г. Тамбова». Структурным подразделением городской клинической больницы имени Архиепископа Луки поликлиника стала сравнительно недавно – в середине 2012 года,  когда в процессе реорганизации она была присоединена к больнице имени Архиепископа Луки.

 

Руководить лечебно-профилактическим учреждением, обслуживающим без малого 35000 взрослого населения, – это и напряженный ежедневный труд, и большая ответственность.

 

– Но, – констатирует Ольга Владимировна, – с задачами, стоящими перед первичным звеном медико-санитарной помощи, успешно справляемся, хотя, не скрою, выкладываемся полностью, максимально задействуя в рамках действующего законодательства и работающий медицинский персонал, и имеющееся оборудование. Не секрет, что формирование современной, гибкой, эффективно функционирующей системы охраны здоровья населения является важнейшей задачей нынешнего дня. И наша приоритетная задача в свете ее решения – первичное выявление неинфекционных заболеваний как главного фактора снижения смертности прикрепленного к поликлинике населения. В поликлинике работают замечательные специалисты, оказываются все виды поликлинической помощи: первичной, специализированной и неотложной.

 

К сожалению, мы не застрахованы от ситуаций, которые периодически возникают и по объективным ли, субъективным ли причинам не могут быть разрешены конструктивно. Поясню, что я имею в виду. По-видимому, нужно искать особые формы работы, чтобы привлечь в поликлинику тех наших пациентов, которые ее порога не переступают в принципе. Цена же такой «принципиальности» слишком высока, чтобы с нею мириться. Согласитесь, в XXI веке, при нынешнем уровне развития медицины, резким диссонансом звучит констатация фактов о посмертно установленном диагнозе.

 

За этой фразой – полное нежелание самого больного как-то разобраться с состоянием своего здоровья, понять, из-за чего в организме наметился системный сбой. Если перевести это на язык обыденности, то получается, что человек не идет на прием к врачу, никак не реагирует на приглашение участкового терапевта, бывает, что и в дом не пускает врача, ссылаясь на то, что он его не вызывал, а потом – «внезапная» смерть. Уже постфактум выясняется, что у него было хроническое заболевание, вполне поддающееся лечению. Если бы он, разумеется, нашел в себе достаточно здравого смысла, чтобы обратиться к врачу.

 

Спрашиваю, можно ли с этим что-то делать, и каким  Ольге Владимировне в ее должности заведующей поликлиникой видится выход из ситуации.

 

– Второй год мы  проводим дни открытых дверей, и делается это не галочки ради, а для того, чтобы максимально приблизить к пациентам весь спектр медицинских услуг, оказываемых нашим учреждением. С ранней весны и до глубокой осени стараемся активно работать и на зеленых площадках, по принципу «если Магомед не идет к горе…». В нашем случае выход на дворовые территории врачей и медицинских сестер тем более целесообразен, что значительная часть обслуживаемой нами территории – это частный сектор. В основном это - те пациенты, которым то некогда прийти в поликлинику, то… снова некогда.

 

Беседуя с населением, наши медработники разъясняют необходимость периодического посещения поликлиники, даже если цель «похода» - чисто профилактическая. К сожалению, определенная часть населения трудоспособного возраста считает, что ей не до этого: работа, приусадебный участок, бытовая круговерть не позволяют уделить время и внимание собственному здоровью. Это – специфическая проблема именно нашей поликлиники. И задача из числа приоритетных – более активно заниматься и разъяснительной работой, и взаимодействием участковых врачей-терапевтов с таким контингентом. Хотя с грустью приходится констатировать: одна только наша активность много к лучшему ситуацию не изменит: пока не будем мы услышаны и поняты нашими пациентами, это так и будет «улица» с односторонним движением.

 

Говорим и о том, что свою роль играет и достаточно активная миграция населения, когда порой проблематично просто определить, кто проживает по данному адресу. Нередки случаи, когда медицинскому работнику попросту не открывают дверь, где уж тут все прочее.

 

Частный сектор чреват и тем, что бывает невозможно попасть в дом даже по вызову неотложки потому, что во дворе есть собака, которую не потрудились привязать, ожидая врача. Приходится ему пробираться к пациенту, как по минному полю. А если еще брать во внимание грязь, отсутствие освещения…

 

Но это – наша работа, – улыбается Ольга Владимировна, - мы сами ее выбирали, и кивать на не те «условия» не приходится.

 

Коль уж речь зашла о выборе, спрашиваю, что ее саму привело в медицину, из потомственных ли она врачей, и, что, собственно, определило ее судьбу.

 

– Трудно вот так сразу ответить. Да, у меня есть родственники врачи, но мои родители никакого отношения к медицине не имели. Правда, папа был ветеринаром, что косвенно все-таки пересекалось с врачеванием. Мама всю жизнь работала учителем. Я же с детства хотела быть врачом и никем другим себя не видела. Может, потому, что врач на селе всегда воспринимался как человек очень уважаемой профессии, и потому еще, что родители мои, по сути, каждым днем своей жизни показывали мне пример того, как важно в человеческом общежитии вовремя протянуть руку помощи, проявить сострадание, доброту. Я из тамбовской глубинки, из села Пичаева. Развлечений особых не было, поэтому все свободное время проводила за чтением книг. Под влиянием хорошей литературы образ врача в моем сознании обретал черты настолько привлекательные, что непременно хотелось стать такой же.

 

 Словом, в 1995 году я без особого труда поступила в Саратовский медицинский институт, по прошествии времени получила диплом уже Саратовский государственный медицинский университет,  вернулась работать в свою область.  В интернатуру пришла в областную больницу по специальности «неврология», и там, окончив обучение, осталась работать врачом-неврологом.

 

Почему именно неврология? Если честно, то хирургические специальности меня в принципе не привлекали. Терапевт, как мне тогда казалось, и я не изменила своему мнению и сегодня,  должен быть специалистом, настолько глубоко знающим во всех отраслях медицины, что я просто поняла: не смогу, во всяком случае, сразу после окончания вуза, этой высокой планке требований, мной же установленной, соответствовать в полной мере. А все, что частично, было не про меня с моим-то максимализмом в ту пору.

 

– Но почему именно неврология? С моей обывательской точки зрения, не очень понятно, чем занимается невролог…

 

– Неврологию выбрала не потому, что особого выбора не оставалось, - она мне нравилась как специальность. Диагностика, лечение неврологических больных привлекали меня еще в институте. Спектр неврологических заболеваний достаточно широкий: врач-невролог занимается болезнями, которые сопровождаются поражениями нервной системы. Отсюда и название специальности. Пациенты у нас из разряда тех, о ком меткий народный язык говорит: «все болезни от нервов». Бывает, что, исходя из своих представлений о специальности, приходят не совсем по адресу, и  приходится разбираться в том, чем же человек на самом деле болен, чтобы направить его к специалисту, который сможет профессионально грамотно ему помочь. Приходят к нам и с хирургическими проблемами, и с ревматологическими – ведь болит же, значит надо идти к неврологу. И разобраться в том, где и каким образом болит, убедить пациента обследоваться у другого специалиста бывает не всегда просто.

 

-Надо полагать, что ваши пациенты – люди в основном зрелого возраста?

 

 -Не совсем так. Мы занимаемся среди прочего и лечением вегетативной нервной системы, а сейчас даже у молодых людей очень распространена вегетативная дистония. Наиболее частые заболевания периферической нервной системы – это невриты, радикулиты, с ними к нам, как правило, обращаются люди более зрелого возраста.

 

 К заболеваниям центральной нервной системы относится огромное количество заболеваний, наиболее часто встречающихся и редких,  вызванных поражениями головного и спинного мозга. И определяются эти заболевания отнюдь не возрастом.

     

В поликлинике мы практически не встречаемся с последствиями инсультов, а в стационаре наиболее типичное проявление центральной нервной системы – это острое нарушение мозгового кровообращения. Различные сосудистые заболевания головного и спинного мозга сегодня очень широко распространены, потому что первичные их предтечи – сахарный диабет, гипертония – стали в анамнезе пациентов явлением практически обыденным.

 

– Грустно, что в рейтинге заболеваний, ведущих к смертности населения, неврология, наряду с онкологией, болезнями легочно-дыхательной системы занимает одно из лидирующих мест…

 

– Такая картина несколько связана с нюансами формулировки посмертного диагноза больного, и их нельзя умалять. Но, по статистике, у нас выросла продолжительность жизни, а это значит, что уходит из жизни та категория, которую принято относить к пожилым людям. Последние имеют обыкновение страдать болезнями нервной системы, часто – в очень тяжелой форме. Разумеется, эти заболевания и выставляются в качестве причины смерти. Например, энцефалопатия. И если других причин смерти не было зарегистрировано в эпикризе, получается, что именно она и унесла жизнь пациента.

 

– А болезнь Альцгеймера – это тоже Ваша ипостась?

 

– При болезни Альцгеймера на первых ее этапах с больным общаются и неврологи, но больше эта болезнь – проблема психиатрии. Здесь идет нарушение высших корковых функций, то есть деформируются и угасают память, внимание, интеллект. Конечно, пока человек может находиться в социуме относительно для себя комфортно, он может приходить к неврологу, и параллельно мы занимаемся пациентами, которые жалуются на снижение памяти, особенно возрастное, но когда это состояние прогрессирует, фиксируются более тяжелые нарушения, становится понятным, что это уже не просто снижение памяти, это заболевание психиатрического характера.

 

Наша специфика в большей степени – нарушение функций опорно-двигательной системы, возникшее в результате параличей разной степени, нарушения речи. Этими пациентами мы занимаемся непосредственно.

 

– Скажите, насколько широки возможности поликлинической службы?

 

– Говоря о том, насколько широки возможности именно поликлинической службы в лечении неврологических заболеваний, стоит отметить, что сейчас они проявляются прежде всего в плане ранней диагностики неврологических больных. И возможности эти перед нами открыли такие современные методы исследований, как КТ, МРТ. Есть методики, позволяющие посмотреть больных с контрастированием, произвести исследования сосудов. Неврология продвинулась в этой связи достаточно вперед. Ранняя диагностика, как правило, дает хороший прогноз на дальнейшее состояние пациента. Если мы вовремя успеваем ему помочь, то пациент либо полностью выздоравливает, либо выходит из заболевания с незначительным дефицитом.

 

– Давайте проясним и возможность высокотехнологического лечения в рамках поликлинической службы…

 

– Сейчас мы располагаем возможностью при определенных патологиях направлять пациентов на различные высокотехнологичные оперативные методы лечения, и, соответственно, предупреждать тяжелые формы заболевания, когда инвалидность больного практически неизбежна. Такое лечение возможно как в пределах региона, так и в столичных клиниках, но все больше высокотехнологичной помощи пациентам нашего профиля оказывается в медицинских учреждениях Тамбова. Это не может не  вселять особого рода надежды.

 

– Множество нареканий у пациентов вызывает необходимость посетить участкового терапевта перед тем, как попасть к узкому специалисту. Это действительно необходимо?

 

– К сожалению, далеко не всегда пациенты идут к врачу, когда возможности ранней диагностики еще не исчерпаны. О регулярности посещения поликлиники, необходимости диспансерного обследования взрослого населения в соответствии с графиком мы не устаем говорить, но слышат нас, увы, не все. А зря. Стандарты обследования и лечения неинфекционных хронических заболеваний, порядок их внедрения приняты не с потолка. За ними – серьезные научные исследования и неумолимая статистика. Они предписывают пациенту поликлиники сначала обратиться к терапевту с тем, чтобы он осуществлял «навигацию» в поликлинике и направление больных к узким специалистам.

 

Больной самостоятельно далеко не всегда может определить, какой именно специалист ему нужен. А хождение по врачам методом «тыка» - это и лишняя нагрузка на специалистов, и неудовольствие пациента, которого «не могут» вылечить, и главное, это время, которое уходит в песок, когда необходимо эффективно лечить болезнь. Да и то, что деньги налогоплательщиков в таких случаях расходуются порой впустую, тоже что-то значит, хотя мы и не привыкли смотреть на работу поликлинических служб именно с такой точки зрения.

 

Но в любом случае, если пациент ощущает изменения в своем состоянии, даже незначительные, могу лишь посоветовать ему как можно быстрее обратиться к врачу. Если же нештатные ощущения его не беспокоят, то – проходить диспансеризацию и профосмотры в установленном порядке.

 

– Нынче модно стало самолечение с помощью Интернета. Прокомментируйте этот тренд…

 

– Хочется предостеречь читателей сайта еще от очень распространенной  в последнее время «новации». Как известно из народной мудрости, учить и лечить в России умеют все. А уж с помощью Интернета – тем паче. Вбил в поисковик предполагаемый диагноз, из всех статей выбрал ту, что «про тебя» (читай – с положительным исходом протекания болезни) – и всего-то и дел. Но вред от такого подхода к состоянию собственного здоровья огромный. Во врачебной практике последних лет не редкостью стали пациенты, которые приходят на прием к доктору уже с внушительным списком процедур и манипуляций, которые «помогут». Врач низводятся до уровня механического устройства, задача которого – выписать направление на стационарное лечение или же рецепты разрекламированных лекарственных препаратов. И когда начинаешь человеку объяснять, что он неправ, взрыв негативных эмоций обеспечен. Самодиагностика, и уж тем более самолечение, даже с точки зрения обычного здравого смысла чрезвычайно опасна и чревата последствиями самыми непредсказуемыми. Если врач учится в медицинском институте, интернатуре, и потом всю жизнь – на своем рабочем месте, то как можно уравнять его знания, навыки, практический опыт, постоянно обновляющиеся познания в фармакологии с мимолетно почерпнутыми в рунете поверхностными сведениями, или с мнением «эксперта» по всем болячкам бабы Маши, которая клятвенно заверяет, что только это лекарство тебя и «поставит на ноги»?!

 

 Зайдите на форумы, где куча советов, как избавиться легко и просто от того или иного недуга. И никто никакой ответственности за это, по сути, варварство, не несет. «Апробируя» на себе один совет за другим, бывает, люди приходят к врачу, когда уже поздно. Человек успевает так себя «налечить», что трудно даже понять, как ему помочь и с чего начинать. А виноват, как водится, врач, это он «ничего не понимает» в профессии. Я бы не рекомендовала заходить на сайты, где, перефразируя классика, дают советы по лечению «всех болезней, кроме родильной горячки» разве что.

 

– И это, насколько я понимаю, так или иначе имеет отношение к дискредитации профессии врача, в последнее время ведущейся очень интенсивно?

 

– К сожалению, дискредитация профессии врача идет со всех сторон, в том числе и в средствах массовой информации. Посмотрите, как в погоне за не совсем здоровыми сенсациями раздают они направо и налево ярлыки и приговоры?! И, как следствие порой, оборачивается это действо становящейся обыденными  агрессией и избиениями медицинских работников и на вызовах, и в поликлиниках, а то и в стационарах.

 

 Вот уж поистине «как ваше слово отзовется»! Но такого не должно быть в цивилизованном обществе – охота «на ведьм» никогда и никак насущных проблем еще не решала.

Версия для слабовидящих

Навигация

Новости

Задать вопрос

Оставить обращение

Платные медицинские услуги

Контакты

График приёма

Запись на приём к врачу

Нормативно-правовые акты

Доска почёта

Наши достижения

СМИ о нас

Интервью со специалистом

Карта сайта

Поиск

Конкурс

С юбилеем, край Тамбовский!

: